Лао-цзы: первооткрыватель Шелкового Пути


Владимир Малявин. Лао-цзы: первооткрыватель Шелкового Пути

Что такое Великий Шелковый Путь?. Растянувшийся на тысячи километров транспортный коридор, на обоих концах которого смутно зияли два мира – Китай и Рим – друг друга  не видевшие и все-таки уже в силу своей привязки к этой трассе упорно грезившие друг о друге, как только и можно грезить в бескрайней пустыне. Его конечная – или, если угодно, начальная – точка находится километрах в 30 к западу от города Сианя – наследника древней китайской столицы Чанъань. Веками Шелковый Путь созидал в сердце азиатского континента космополитическую атмосферу свободного смешения (невозможного, кстати, без взаимного уважения) народов, рас, языков, религий. По существу, это была первая в человеческой истории сила реальной глобализации мира. Но за переливами его многокрасночной жизни и сплетением культур внимательный взгляд будущего историка разглядит, возможно, и некий внутренний путь человеческого духа от бытового космополитического гуманизма к новой, универсальной человечности, проблескам чувства всемирной со-ответственности, которое всегда таится в стремлении людей к согласованию их идей и идеалов. 

Лао-цзы верхом на быке перед монастырем Лоугуаньтай

Это начало/конец Шелкового пути – место очень примечательное сразу в нескольких отношениях. Здесь среди невысоких живописных гор стоит даосский монастырь Лоугуаньтай, что значит Терраса обозрения с башней. Монастырь состоит из двух частей: восточной и западной. В восточной части, по преданию, знаменитый даосский мудрец Лао-цзы, взойдя на башню террасы обозрения, написал свой трактат «Дао-Дэ цзин», после чего ушел «в западные пески», где, по версии даосов, стал Буддой и проповедовал для западных варваров свое учение в буддийском изводе. Может быть, как раз на этой смотровой башне Лао-цзы пришла на ум первая истина всемирности мира: на мир надо смотреть, исходя из мира и сообразуясь с ним. Но если мир есть зеркало самого себя, то это зеркало, говорит Лао-цзы, – темное, все и вся скрывающее. Мы смотримся в зеркало отсутствующего, и уж чего-чего, а другого как раз не дано. Случайно или нет, в этом месте всеобщего видения-невидения вырос один из лучших каллиграфов современного Китая и по совместительству настоятель монастыря  – Жэнь Фажун. 

Вид от пещеры Лао-цзы

Между тем в западной части монастыря, в десятке километров от восточной, высится «могильный холм Лао-цзы» с таинственно-бездонной пещерой, где даосский патриарх провел в медитации свои последние дни и, согласно одному преданию, там же бесследно исчез. Вход в пещеру опоясан «небесными письменами» – надписью из шифрованных иероглифов, в которой сообщались секреты даосского «взращивания жизни». Эта надпись со всей наглядностью являла печать тайны на всем, что связано с жизнью и духовным подвигом Лао-цзы. Между тем в 1956 г. местные власти, оценившие пропагандистский потенциал этого места, «открыли» здесь могилу великого даоса, поставив при ней памятную стелу. В день, когда мы поднялись к пещере Лао-цзы, с вершины его холма открывался невероятно живописный вид: из склонов соседних гор вытекали струйки белого тумана и сворачивались гигантскими клубами, уплывавшими в серый небосвод. Казалось, в этом ущелье земля и небо сливались в один извилистый, как спираль Великого Дао, путь, приглашая нас взойти в небесные эмпиреи…     

А на полпути между двумя отделениями монастыря стоит накренившаяся как Пизанская башня пагода из желтого кирпича. Ее построили в 7 в. по приказу императора танской династии в месте, которое в памятной надписи при пагоде названо Царством Великое Цинь (Дай Цинь го). Так древние китайцы называли Римскую империю. В древнем Китае эту загадочную страну на дальнем Западе считали во всем подобной Срединному царству: тамошние жители выделялись ученостью и благонравием, одевались в шелка, ездили по прямым, ровным дорогам с почтовыми станциями и т.д. А назвали это место Великим Цинь, наверное, потому, что здесь в раннее средневековье существовала большая община выходцев из самых дальних стран Западного Края. Среди них были христиане несторианского толка. Именно здесь уже в 17 в. католические миссионеры обнаружили каменную стелу с надписью на китайском и сирийском зыках, в которой рассказывалось о местной христианской общине. Оригинальную плиту давно перевезли в Сиань, рядом с пагодой стоит ее копия. И кстати, не для того ли построили пагоду, чтобы гостям с Запада было где помолиться.

Могила Лао-цзы

Само название Великая Цинь тоже очень любопытно.  Оно долго было самоназванием древних китайцев, и именно от него произошло название Китая в Западной Азии. А китайцы перенесли его на великое царство в западных пределах мира и впоследствии назвали так уже конкретную местность, где селились пришельцы с крайнего Запада. Вот так в названии Цинь взаимно отражались, сливаясь воедино, величайшие страны древнего мира. А взаимное отражение, как известно, есть самый наглядный образ вечно скрытого всевидения: образ бесконечности. И это лучшая характеристика евразийского мира: места, где

Земля сходится с Небом,
Человеческое и природное друг в друга преломляются,
А Запад встречается с Востоком.