Гуй Гу-Цзы, великий стратег и попутчик Лао-цзы


Предисловие В.В. Малявина к переводу трактата «Гуй Гу-Цзы»

Гуй Гу-цзы, гуйгуцзы, guiguzi, Малявин Гуй Гу-цзы

Гуй Гу-цзы, ученый Чертовой долины

Автор трактата «Гуй Гу-цзы» — один из самых таинственных персонажей в истории китайской философской литературы. Ни имя его, ни место, где он родился или жил, ни какие-либо другие обстоятельства его жизни неизвестны. Полная и, в общем-то, редкая для Китая анонимность. Его литературный псевдоним, давший название трактату, означает буквально Ученый Чертовой долины. Прозвище не только колоритное, но и в своем роде примечательное: в древних сказаниях упоминается некая Чертова долина, где прародитель китайской цивилизации Желтый Владыка — личность совершенно мифическая — нашел драгоценный треножник, ставший символом его власти. Впрочем, местонахождение этой долины  тоже  неизвестно.  В  древних  источниках  указаны  пять  мест,  носивших  такое название, — все в разных областях Китая. Согласно одному из разъяснений, эту долину или, скорее, горное ущелье прозвали так потому, что дорога туда была трудна и опасна. Еще одно древнее предание напоминает о том, что слово «бес» или «душа» означает «возвращение» (эти  слова  в  китайском  языке  звучат  почти  одинаково).  Имеется  в  виду,  конечно, возвращение к первозданной реальности, к глубочайшей истине существования.

Древний историк Сыма Цянь, живший в начале I века до н. э., в своем монументальном труде смог сообщить об авторе «Гуй Гу-цзы» лишь то, что он был «мужем эпохи Чжоу, скрывшимся в уединении». Отшельнический образ жизни не помешал обитателю Чертовой долины приобрести славу основоположника китайского искусства стратегии. Он слывет наставником знаменитых дипломатов и стратегов древности Су Циня и Чжан И, которые в последней трети III века до н. э. помогли правителю царства Цинь создать очень выгодные для него политические союзы с рядом царств — так называемые союзы «по горизонтали» и
«по вертикали» (цзун-хэн). Самое понятие «искусства горизонтальных и вертикальных союзов» встречается в тексте «Гуй Гу-цзы». В китайской традиции оно стало обозначать искусство дипломатии и политической стратегии в широком смысле слова. А в свое время дипломатические успехи Су Циня и Чжан И позволили циньским правителям разгромить поодиночке остальные государства и объединить под своей властью весь древний Китай. Существует и еще одна, не столь известная, легенда, согласно которой мудрец из Чертовой долины был также учителем двух знаменитых полководцев того времени — Сунь Биня и Пан Цзюаня. Сначала они поклялись быть друг другу как родные братья, а после стали (по вине коварного Пан Цзюаня) заклятыми врагами.

Обилие претендентов на звание ученика великого знатока секретов власти говорит, скорее, о том, что его никогда не существовало в действительности. Но те же легенды позволяют заключить, что приписываемая ему книга считалась в равной мере кладезем и политической, и дипломатической, и военно-стратегической мудрости. В позднейшей традиции имя Гуй Гу-цзы оказалось связанным с апокрифическим «Каноном Небесной войны», в котором излагалось искусство побеждать, не прилагая усилий, а только доверяясь «обстоятельствам, дарованным Небом». Гуй Гу-цзы слыл также знатоком разного рода гадательных практик, физиогномики, устройства мироздания и проч. Но более всего прославился он как мастер политической интриги и приемов психологического воздействия на оппонентов — дружественных или враждебных. В эпоху классической древности искусство «покорения человеческих сердец» и, следовательно, влияния на власть имущих (но, как мы уже знаем, вовсе не обязательно логического доказательства или даже убеждения) было главным оружием и предметом гордости так называемых «странствующих ученых», которые искали применения своим талантам политиков, администраторов и полководцев при дворах правителей уделов и царств. Популярность методов словесного воздействия на союзников или соперников, своего патрона или подчиненных в ту эпоху жестокой борьбы за власть и непрерывных усобиц была столь велика, что, по словам Хань Фэя, многие правители царств именно  в  подобного  рода  приемах  видели  лучший  способ  укрепить  свое  могущество,пренебрегая  законами  и  прочими  орудиями  государственной  власти.  Сам  Гуй  Гу-цзы снискал репутацию мудреца, создавшего стратегию поведения, которая позволяет при всех обстоятельствах держать под контролем «низкого человека».

С древних времен бытовало мнение, что Су Цинь и Чжан И являются подлинными авторами трактата «Гуй Гу-цзы», а именем своего наставника они воспользовались для того, чтобы придать своим писаниям больше веса. Это мнение не имеет под собой никаких документальных оснований. Известно к тому же, что в древности существовала отдельная книга, которую приписывали Су Циню. Иногда считают, что Су Цинь и Чжан И добавили к наставлениям своего учителя лишь три последних главы (эти главы не имеют нумерации в оригинале, и в них прямо говорится, что они составляют одно целое).

Все это не означает, конечно, что «Гуй Гу-цзы» стоит особняком от прочих памятников древнекитайской политической мысли. Он разделяет ее основные положения и терминологию.  Некоторые  его  главы  или  фрагменты  глав  текстуально  представляют близкую параллель текстам сходных по содержанию и лексике сочинений, в особенности трактатов «Гуань-цзы», «Дэн Си-цзы», «Хэ Гуань-цзы».

Впервые трактат «Гуй Гу-цзы» упоминается сравнительно поздно — в библиографическом указателе, относящемся к концу VI века. Известно между тем, что еще в первые столетия н. э. были написаны два комментария к нему, впоследствии утраченные. В VI столетии известный ученый-даос Тао Хунцзин составил новое толкование на эту книгу. Позднее появилось еще два толкования, но только комментарий Тао Хунцзина дошел до наших дней. Что касается самого текста трактата, то он, очевидно, сложился окончательно в первые столетия н. э. В нем есть пассажи и отдельные фразы, которые, как уже говорилось, почти дословно совпадают с фрагментами ряда других древних сочинений, касающихся вопросов политики  и  военной  стратегии.  Некоторые  ученые  даже  находят  в  его  последней  части следы буддийского влияния. Большинство современных ученых уверенно датируют первые три главы трактата «Гуй Гу-цзы» эпохой Борющихся Царств, то есть III—II вв. до н. э. Остальные части книги были написаны, возможно, несколько позже.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *