Энциклопедия заячьей мудрости


В. Малявин

О книге Владимира Бондаренко. Подлинная история лунного зайца.

Москва: Амрита-Русь, 2010. 380 с., илл.

moonrabbit

Известный критик В.Г. Бондаренко неожиданно написал книгу про лунного зайца – популярного персонажа мирового фольклора. Написал словно в укор профессиональным китаеведам, разбежавшимся нынче по разным конторам. Поминаю китаистов, потому что тематика книги в основном китайская: именно в Китае возникли самые древние легенды о зайце, который живет на луне и без устали толчет в своей лунной ступке порошок бессмертия. Таков заяц: труженик, мудрец, смиренное, благонравное и просто милое существо, к тому же знаток секрета вечной жизни. Готовый герой для трогательного и поучительного рассказа. Правда, с названием книги вышла накладка. Заголовок «Подлинная история лунного зайца» подсказан, кажется, знаменитой повестью Лу Синя «Подлинная история А-Кью». Китайская литературная традиция такого жанра не знает. Как всякий китайский интеллигент ХХ в., Лу Синь находился в сложных отношениях с наследием старой литературы. Его повесть, по сути, пародийна и показывает горькую правду о китайском характере, которую самим китайцам признавать совсем не хочется. «Подлинное» у Лу Синя – вещь чисто литературная: скандальная правда вымысла. Книга Бондаренко, напротив, претендует на достоверность и дышит любовью к китайской культуре (если считать лунного зайца ее выразителем, на что, по-моему, имеются все основания). Ничего плохого в этом, конечно, нет: приятная правда приятна вдвойне. Но возникает некоторая неясность с жанром. Что перед нами: разыскания в области мифологии или нравоучительная беллетристика? Автор, похоже, хочет соединить то и другое. Перед читателем проходит множество мифов, легенд и даже стихов о чудесном зайчике – китайском, японском, корейском, индийском, европейском, русском, индейском, африканском. Титаническим трудом созданная коллекция, настоящая энциклопедия заячьей мифологии, к тому же богато иллюстрированная. Чтение экзотическое, изысканное. Раз уж речь зашла об эрудиции, добавлю два штриха. Автору остался неизвестным существовавший в древнем Китае обычай употреблять в пищу в дни празднования Нового Года коленную чашечку зайца, наделявшуюся магическими свойствами. Не упомянут в книге и очень поздний, лишь в последние десятилетия распространившийся сюжет о пребывании на луне ученого Мэн-цзы – виднейшего последователя Конфуция в древности. Как попал туда этот солидный муж, науке еще неизвестно. Меняются и старинные мифы. Лунный заяц в наше время больше ассоциируется с пикниками, которые принято устраивать в осенний праздник «любования луной». Сегодня тайваньские школьники на вопрос, что делает заяц на луне, нередко отвечают: «жарит шашлыки».

Вернемся к книге Бондаренко. В ней есть как бы два слоя: исследование архаичной мифологии о луне и ее обитателях и назидательные выводы. В этом качестве книга о лунном зайце довольно точно воспроизводит важную, но непривычную для европейцев особенность исторической судьбы китайской мифологии. В отличие от европейской Античности или даже Индии архаические мифы в Китае не подверглись литературной обработке, не стали ядром официальной культуры, и в их традиционном виде являют собой смешение, даже механическое наложение первобытной фантастики и этико-космологических воззрений. Такая чересполосица не оставляет места для жанрового или даже тематического единства, не говоря уже о цельности и психологической правде характеров. В этой квазимифологии все случается внезапно, без видимой причины, но немедленно предается нравственному суду. Здесь царствуют обстоятельства, ситуации, моменты, числа. Это нагромождение обломков былых сказаний отсвечивает бездной хаоса, который, возможно, удостоверяет глубинную экзистенциальную правду жизни: постижение вечности в одном действии, одном мгновении.

На героях лунной мифологии эти особенности восточной мифологии отразились особым образом: их образы смутны и переменчивы, как призрачный свет луны. Вот лунная фея Чан Э: красивая, но коварная. Вот Лунный Старец, устроитель браков: не поймешь, помогает он или мешает людям жить. Заяц хорош, но как-то безмолвен, безлик. Он просто делает свою «скромную, но важную» работу. А трехлапая лунная жаба, столь нелюбимая автором, не так уж злобна и охотно привечалась китайцами как подательница богатства. Правда, за последнюю сотню лет – вероятно, из-за ее уродства – ее роль постепенно отошла к другим персонажам вроде весельчака-святого Милэ или пришедшей из Японии «кошке, привлекающей богатство».

Выжать мораль из жизни обитателей Луны, конечно, можно, но получится по-китайски плоско и сухо. Может быть, поэтому автор оживляет повествование о зайцах собственными морализмами на злобу дня, нередко притягивая их за длинные заячьи уши. Тоже очень по-китайски.

В общем, получается, как сама лунная мифология, расплывчато и неопределенно. Ничего нового о происхождении лунных героев в книге не сообщается, да автор и не обладает необходимой для этого квалификацией. Назидательные выводы из лунного быта вполне ожидаемы, хотя полезны, а с традиционной точки зрения, как мы уже знаем, даже оригинальны. Остается пожелать автору нащупать-таки смысловой стержень в сюжете о лунном зайце и написать свою подлинно «подлинную историю» об этом необычном культурном герое, который будет личностью, будет мечтать и искать свой путь и даже, возможно, переживет личную драму. А пока нам остается предаваться увлекательному, познавательному и назидательному чтению о зайчике, выделывающему для всех жителей Земли элексир вечной жизни. Должна же была великая мечта о бессмертии сойтись на каком-то животном. Вот сошлась она на зайце и сделала великими его слабость и его скромность. На первый взгляд странно, но, если вдуматься, очень естественно и мудро!

Первая публикация: газета «Завтра».